Кейс: - ЕАЭС - для МСП

Выход малого и среднего бизнеса на рынки ЕАЭС создаёт налоговые риски, которые большинство предпринимателей недооценивают до первой проверки. Российская компания, начавшая поставки в Казахстан или Беларусь, автоматически попадает в зону пересечения трёх правовых систем: российского НК РФ, договорной базы ЕАЭС и национального законодательства страны-партнёра. Ошибки в структуре сделок, неверная квалификация НДС или игнорирование правил трансфертного ценообразования оборачиваются доначислениями, которые способны уничтожить экономику всего проекта.

Распространённая ошибка - считать, что ЕАЭС означает единые налоговые правила. Договор о ЕАЭС от 29 мая 2014 года создал единый таможенный союз и общие принципы косвенного налогообложения, но прямые налоги - налог на прибыль, налог на доходы физических лиц, налоги на имущество - остаются в компетенции каждого государства-члена. Это означает, что российская компания, открывшая дочернюю структуру в Казахстане, одновременно работает под российским НК РФ и казахстанским Налоговым кодексом, которые в ряде вопросов прямо противоречат друг другу.

Договор о ЕАЭС в статьях 71-73 закрепляет принцип взаимного признания налоговых резидентств и запрет дискриминации, однако механизм устранения двойного налогообложения реализуется через двусторонние соглашения. Между Россией и Казахстаном действует Конвенция об избежании двойного налогообложения, между Россией и Беларусью - аналогичное соглашение. Применение этих конвенций требует подтверждения налогового резидентства контрагента, и именно здесь МСП чаще всего допускает первую ошибку: не запрашивает сертификат резидентства до выплаты дохода, а пытается получить его задним числом.

Неочевидный риск состоит в том, что налоговый орган России вправе переквалифицировать выплату иностранному партнёру из ЕАЭС как доход из российских источников, если фактический получатель дохода - российский бенефициар. Концепция фактического получателя дохода, закреплённая в статье 7 НК РФ, применяется к сделкам внутри ЕАЭС так же, как и к операциям с офшорами.

Косвенные налоги в ЕАЭС регулируются Протоколом о порядке взимания косвенных налогов, который является приложением к Договору о ЕАЭС. Ключевой принцип - налогообложение по стране назначения. Российский экспортёр применяет нулевую ставку НДС при вывозе товаров в Казахстан или Беларусь, но обязан подтвердить её в течение 180 календарных дней с даты отгрузки.

Для подтверждения нулевой ставки российская компания должна получить от покупателя заявление об уплате косвенных налогов с отметкой налогового органа страны-импортёра. Именно этот документ становится камнем преткновения для МСП: казахстанский или белорусский покупатель нередко затягивает с подачей заявления, и российский поставщик рискует потерять нулевую ставку. Если 180-дневный срок истёк, а заявление не получено, НДС начисляется по ставке 20% с возможностью последующего возврата - но это уже кассовый разрыв и дополнительная административная нагрузка.

На практике важно учитывать, что услуги и работы в ЕАЭС облагаются НДС по иным правилам, чем товары. Место реализации услуг определяется по статье 148 НК РФ и соответствующим положениям Протокола. Консультационные, юридические, маркетинговые услуги облагаются НДС по месту нахождения покупателя. Российская компания, оказывающая такие услуги казахстанскому заказчику, не начисляет российский НДС, но казахстанский заказчик обязан уплатить НДС в Казахстане. Если этого не происходит, риск переквалификации сделки возникает у обеих сторон.

Чтобы получить чек-лист подтверждения нулевой ставки НДС при экспорте в ЕАЭС, направьте запрос на info@bizdroblenie.ru.

Трансфертное ценообразование - это механизм контроля за ценами в сделках между взаимозависимыми лицами, закреплённый в разделе V.1 НК РФ. Для МСП этот инструмент кажется инструментом крупного бизнеса, однако это заблуждение обходится дорого.

Российская компания и её дочерняя структура в Казахстане являются взаимозависимыми лицами по статье 105.1 НК РФ. Сделки между ними признаются контролируемыми, если годовой доход по ним превышает установленные пороги. Для сделок с резидентами ЕАЭС порог контролируемости составляет 60 млн рублей в год. МСП с оборотом в 200-300 млн рублей вполне может превысить этот порог по одной группе операций.

Если сделка признана контролируемой, компания обязана уведомить ФНС в срок до 20 мая следующего года и по запросу предоставить документацию, обосновывающую рыночный уровень цен. Непредставление уведомления влечёт штраф по статье 129.4 НК РФ. Доначисление налога при отклонении цены от рыночного уровня производится по статье 105.3 НК РФ с применением штрафа 40% от недоимки при доказанном умысле.

Многие недооценивают риск, связанный с займами внутри группы. Если российская материнская компания предоставляет беспроцентный заём казахстанской дочке, налоговый орган вправе доначислить доход в виде процентов по рыночной ставке. Это не гипотетическая угроза - ФНС активно применяет этот подход, опираясь на позиции Верховного Суда РФ, который подтвердил правомерность такого доначисления при наличии взаимозависимости.

Выбор структуры работы в ЕАЭС определяет налоговую нагрузку, административные расходы и уровень защиты активов. Рассмотрим три типичных сценария.

Сценарий первый: прямые экспортные поставки без иностранного юрлица. Российская компания на общей системе налогообложения поставляет товары казахстанскому дистрибьютору. Стороны не являются взаимозависимыми. Налоговая нагрузка минимальна: нулевая ставка НДС при подтверждении экспорта, налог на прибыль в России по ставке 25%. Риски сосредоточены в документальном подтверждении нулевой ставки и соблюдении 180-дневного срока. Этот сценарий подходит для МСП с разовыми или нерегулярными поставками.

Сценарий второй: дочерняя компания в стране ЕАЭС. Российская компания создаёт ТОО в Казахстане для локальных продаж. Возникают обязательства по трансфертному ценообразованию, необходимость подтверждения налогового резидентства при выплате дивидендов, риск признания казахстанской компании налоговым резидентом России по критерию фактического управления. Статья 246.2 НК РФ устанавливает, что иностранная организация признаётся налоговым резидентом РФ, если её управление фактически осуществляется с территории России. Для МСП, где директор казахстанской дочки физически находится в Москве и принимает все решения оттуда, этот риск вполне реален.

Сценарий третий: агентская схема через партнёра в ЕАЭС. Российская компания заключает агентский договор с независимым казахстанским партнёром. Взаимозависимость отсутствует, трансфертное ценообразование не применяется. Однако агентское вознаграждение должно соответствовать рыночному уровню, а сам агент - реально выполнять функции, а не быть номинальной структурой. Статья 54.1 НК РФ требует, чтобы основной целью сделки не была налоговая экономия, а контрагент реально исполнял обязательства. Агентская схема, созданная исключительно для перераспределения прибыли, будет переквалифицирована.

Чтобы получить чек-лист оценки налоговых рисков при выборе структуры работы в ЕАЭС, направьте запрос на info@bizdroblenie.ru.

Постоянное представительство - это понятие из международного налогового права, означающее наличие у иностранной компании налогооблагаемого присутствия в другой стране. Для МСП, работающего в ЕАЭС, риск непреднамеренного создания постоянного представительства в стране-партнёре является одним из наиболее серьёзных.

Казахстанское налоговое законодательство признаёт постоянное представительство российской компании, если её сотрудник или зависимый агент систематически заключает договоры от её имени на территории Казахстана. Систематичность - это три и более сделки в течение 12 месяцев. Российская компания, направившая менеджера по продажам в Алматы для работы с клиентами, рискует создать постоянное представительство и обязанность уплачивать корпоративный подоходный налог в Казахстане с прибыли, относимой к этому представительству.

Двусторонняя конвенция об избежании двойного налогообложения между Россией и Казахстаном содержит стандартные положения о постоянном представительстве, однако их применение требует анализа конкретных фактических обстоятельств. Строительная площадка, монтажный объект или связанный с ними надзорный проект создают постоянное представительство, если их продолжительность превышает 12 месяцев. Для МСП в сфере строительства и инжиниринга это прямой риск двойного налогообложения прибыли.

Распространённая ошибка - полагать, что открытие официального представительства (не дочерней компании) автоматически решает вопрос. Представительство в Казахстане, зарегистрированное в реестре иностранных юридических лиц, само по себе не устраняет риск постоянного представительства - оно лишь формализует присутствие. Налоговые последствия определяются характером деятельности, а не формой регистрации.

МСП, работающий через группу компаний в ЕАЭС, должен учитывать риски субсидиарной ответственности при банкротстве. Если российская материнская компания контролирует казахстанскую дочку и даёт ей обязательные для исполнения указания, которые приводят к банкротству дочки, казахстанское законодательство предусматривает механизмы привлечения материнской компании к ответственности по долгам дочерней.

В российском праве аналогичный механизм закреплён в статье 67.3 ГК РФ и Законе о банкротстве. Налоговые долги российской дочерней компании могут стать основанием для субсидиарной ответственности контролирующих лиц, включая иностранную материнскую структуру, если она фактически управляла российской компанией. Верховный Суд РФ в ряде определений подтвердил, что иностранное юридическое лицо может быть привлечено к субсидиарной ответственности в российском банкротстве.

Для МСП это означает, что размещение активов в казахстанской или белорусской структуре не создаёт автоматической защиты от российских налоговых претензий. Если налоговый орган докажет, что иностранная структура является инструментом вывода активов из-под российских обязательств, суд вправе обратить взыскание на активы иностранной компании в рамках российского банкротного дела.

Нужно ли российской компании на УСН платить НДС при экспорте товаров в Казахстан?

Российская компания на упрощённой системе налогообложения освобождена от уплаты НДС на территории России по общему правилу. При экспорте товаров в Казахстан в рамках ЕАЭС она не начисляет НДС, поскольку применяет нулевую ставку в соответствии с Протоколом о косвенных налогах. Однако казахстанский покупатель обязан уплатить НДС в Казахстане и подать заявление об уплате косвенных налогов. Если казахстанский покупатель этого не сделает, российская компания не несёт за это ответственности - но должна иметь доказательства фактического вывоза товара. Компания на УСН с доходами выше 20 млн рублей в год с 2026 года обязана уплачивать НДС в России, что меняет всю логику расчётов.

Какие последствия грозят, если не подать уведомление о контролируемых сделках с партнёром из ЕАЭС?

Непредставление уведомления о контролируемых сделках в срок до 20 мая года, следующего за отчётным, влечёт штраф в размере 5 000 рублей по статье 129.4 НК РФ. Это небольшая сумма, но само по себе уведомление - лишь первый шаг. Если ФНС инициирует проверку цен в контролируемых сделках и установит отклонение от рыночного уровня, доначисление налога производится по рыночной цене, а штраф составляет 40% от недоимки при умысле или 20% без умысла. Срок проверки цен в контролируемых сделках составляет три года с момента подачи уведомления. Документация по трансфертному ценообразованию должна быть готова заблаговременно - её подготовка задним числом при уже начатой проверке существенно снижает шансы на успешную защиту.

Когда агентская схема в ЕАЭС безопаснее дочерней компании, а когда - наоборот?

Агентская схема предпочтительна, когда МСП тестирует рынок, объём операций невелик и создание дочерней компании экономически нецелесообразно. Независимый агент не создаёт взаимозависимости, не требует трансфертного ценообразования и не порождает риска признания иностранного юрлица налоговым резидентом России. Дочерняя компания оправдана при устойчивом объёме операций, необходимости локального присутствия, участия в государственных закупках страны-партнёра или получения местных лицензий. Ключевой критерий выбора - реальность функций: и агент, и дочерняя компания должны фактически выполнять те функции, за которые получают вознаграждение. Номинальные структуры в обоих случаях уязвимы для переквалификации по статье 54.1 НК РФ.

Работа в периметре ЕАЭС даёт МСП реальные возможности: доступ к рынкам с населением свыше 180 млн человек, упрощённое таможенное оформление, отсутствие валютного контроля внутри союза. Налоговые риски при этом не исчезают - они смещаются в зону пересечения национальных законодательств, где ошибки обходятся дороже, чем в чисто российском контексте. Структура, документация и своевременное уведомление налоговых органов - три элемента, которые определяют, останется ли ЕАЭС возможностью или превратится в источник претензий.

Чтобы получить чек-лист налоговых рисков при работе в ЕАЭС для МСП, направьте запрос на info@bizdroblenie.ru.

Команда bizdroblenie.ru сопровождает бизнес в спорах и проектах, связанных с налоговым структурированием международных операций в периметре ЕАЭС. Мы можем помочь с оценкой рисков действующей структуры, подготовкой документации по трансфертному ценообразованию и защитой при налоговых проверках. Чтобы получить консультацию, напишите на info@bizdroblenie.ru.